Когда вождь боится своих врагов — это нормально.
Когда он боится своих подданных — это конец.
Путин не воюет уже давно.
Он прячется.
От фронта — за длинными столами.
От правды — за пресс-секретарём.
От народа — за телевизором.
Он стал не лидером войны,
а зрителем собственного кошмара,
где реальность перепуталась с пропагандой,
а любая победа выглядит как монтаж Первого канала.
Телевизор как окоп
Когда армия сыпется,
нужно хотя бы держать эфир.
Поэтому Кремль перестал сражаться за территории —
и начал сражаться за сюжеты.
Каждый день у них “уничтожено 300 врагов”,
“всё идёт по плану”,
“новые рубежи взяты”.
Только этот фронт — виртуальный.
Реальные рубежи взяли ВСУ.
А Путин взял дистанцию.
ВСУ — это не просто армия. Это зеркало, в котором Кремль видит свой страх
Россия видит в украинцах не врагов,
а то, чем могла бы быть сама,
если бы не выбрала ложь.
ВСУ не просто защищают землю —
они восстанавливают смысл слова “честь”,
которое в Москве давно превратилось в декорацию для парадов.
И чем больше они держатся,
тем громче в Кремле звучит главный вопрос:
“А если правда — на их стороне?”
Путин больше не контролирует войну
Он контролирует историю о войне.
Он не управляет армией — он управляет картинкой.
Каждое совещание, каждая встреча,
каждая постановочная “проверка фронта”
— это попытка доказать, что он ещё существует.
Но между ним и его солдатами —
не окоп, а пропасть страха.
Он боится увидеть,
что его “вторая армия мира”
давно превратилась в колонну беженцев под знамёнами вранья.
ВСУ — антидот против путинской реальности
Они не кричат “мы великая нация”.
Они просто делают своё дело —
и в этом их сила.
Кремль живёт в театре,
а ВСУ — в настоящем.
И в этой правде —
всё, чего боится диктатор.
Потому что правда — не убивается ракетами.
Её можно лишь временно заглушить помехами.
Путин строил империю страха
Но страх всегда возвращается к создателю.
Он сам стал пленником своих страшилок:
враги вокруг, предатели внутри,
заговор, отравление, заграница, НАТО, Байден, голуби.
Теперь он живёт в мире, где никто не улыбается искренне,
и даже охрана боится чихнуть без разрешения.
Вот она — главная победа ВСУ:
они заставили Кремль бояться самого себя.